Типология развития феодализма

Принято считать, что классическим вариантом является западноевропейский феодализм, который формировался в результате взаимодействия двух процессов — распада античного общества и разложения первобытно-общинного строя у окружающих Римскую империю племен (германцев, кельтов, славян и др.). Влияние античного и варварского начал в генезисе феодализма у разных народов было различным, поэтому, в зависимости от соотношения варварских и античных начал, различают типы феодального синтеза.

Концепция же феодального синтеза означает следующее: источником развития европейского феодализма явился синтез институтов разлагающейся Римской империи (колонат, система городов и коммуникаций, орудия труда и крестьянские навыки) и завоевавших ее германских варваров (первичная иерархия позднеродового общества, германская форма собственности — отличавшаяся от античной прежде всего господством индивидуальных собственников над общинным началом, а не наоборот, как в античности — и соответствующие ей права общинников). Результат же синтеза различается по трем зонам с разной мерой влияния римского начала:

1. южная зона (Италия, Испания, южная Франция, Византия) — преобладающее господство римского начала — быстрое начало торговли, но медленное развитие капиталистического производства, в силу слабости германского начала.

2. Средняя зона: северная Франция, Голландия и Великобритания — равновесие начал и в силу этого уверенное развитие капиталистического производства.

3. Восточная зона — Германия, Скандинавия и частично восточноевропейские земли — медленное развитие с возвратом вспять («второе издание крепостного права») в силу слабости римского начала.

Дискуссии: В 1958 и 1959 гг. происходили симпозиумы советских и английских историков. Среди прочих проблем обсуждались и некоторые вопросы истории средневековой Англии. В этих симпозиумах принимали участие из английских историков Э. Кем, Ф. Гриерсон, К. Макфарлан и другие, а из советских ученых Е. А. Косминский, М. А. Барг, Е. В. Гутнова, Я. А. Левицкий и другие.

ЗАПАДНАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ:

Термин «феодализм» стал широко употребляться в исторической науке с начала XVIII в. Произошёл он от латинского слова feodum — феод, которым в средние века во многих странах Западной Европы обозначалось условное, наследственное земельное держание, получаемое вассалом от сеньора за выполнение какой-либо (обычно военной) службы.

Историки эпохи Просвещения впервые стали рассматривать феодализм как строй, господствовавший в средневековой Европе, и попытались дать его научное определение. Главными чертами феодализма некоторые из них (Вольтер, Робертсон, Юм) считали политическую раздробленность и как следствие ее — господство в средние века папской теократии. Другие, в частности Монтескье и Мабли), определяли феодализм как систему феодов и феодальной иерархии. Отрицательно оценивали феодализм.

Представители историографии первой половины XIX в. (Л. Бональд, Ж. де Местр, Ф. Шлегель, К. Галлер) в большинстве своем также видели главную черту феодализма в политической раздробленности и патримониальной системе управления. Представители исторической школы права в Германии, например К. Ф. Эйхгорн, а несколько позднее и Л. Ранке, отождествляли феодализм с военно-ленными отношениями и иерархической структурой общества. Близкое к этому определение феодализма дал французский историк Ф. Гизо, имевшее затем длительное влияние в западной медиевистике. Основными чертами феодализма он считал: 1) условный характер земельной собственности, 2) соединение земельной собственности с верховной властью, 3) иерархическую структуру класса феодальных землевладельцев. Историки первой половины XIX в. оценивали феодализм как положительное историческое явление.

О. Тьерри, Ж. Мишле, К. Ф. Шлоссер, В. Циммерман в конкретной характеристике феодального строя подчеркивали его эксплуататорский характер по отношению к крестьянству.

Во второй половине XIX в. немецкие историки Г. Л. Маурер, Г. Вайц, П. Рот, О. Гирке и др. выявили социально-экономических признаки феодализма. Г. Маурер, например, связывал утверждение феодализма с вотчинным строем. Г. Вайц и П. Рот, хотя и понимали процесс феодализации как утверждение бенефициальной, позднее военно-ленной системы, также видели его материальную основу в утере свободными общинниками своей земли и свободы.

Еще дальше в этом направлении пошли многие историки позитивистского толка, полагавшие, что на развитие общества наряду с факторами духовными и политико-правовыми воздействуют и материальные: географическая среда, движение народонаселения, экономические отношения. Значительные заслуги в этом принадлежат так называемой «классической вотчинной теории», широко распространенной в европейской медиевистике последней трети XIX в. Ее создатели и последователи — К. Инама-Штернегг, К. Лампрехт, К. Бюхер и многие другие — в Германии; Н.-Д. Фюстель де Куланж, Е. Глассон, А. Сэ и др. — во Франции; Т. Роджерс, В. Кеннингем, Ф. Сибом и др. — в Англии; М. М. Ковалевский, П. Г. Виноградов, Н. И. Кареев, Д. М. Петрушевский, А. Н. Савин и др. — в России — при всех различиях в их взглядах сходились в одном. Все они считали, что экономический фундамент феодального строя и его основную ячейку составляла крупная вотчина, основанная на барщинном труде крепостных крестьян, в которой господствовало натуральное хозяйство. Тем самым они характеризовали феодализм не только политико-юридическими, но и социально-экономическими признаками: господством крупного землевладения, натурального хозяйства, барщинной системы, крепостничества.

К. Лампрехт, М. М. Ковалевский, П. Г. Виноградов, Н. И. Кареев и др. включали социально-экономические признаки в характеристику феодализма, но трактовали этот строй как совокупность равноправных факторов: политического, социального, экономического, — не отводя определяющего места ни одному из них.

Дальнейшим развитием этой концепции феодализма стала в конце XIX — начале XX в. теория «двух феодализмов» — «политического» и «социального» (ее придерживались Д. М. Петрушевский, А. Н. Савин, американский медиевист Дж. Б. Адаме и некоторые другие).

В 80-е годы XIX в. традиционная политико-юридическая трактовка была модифицирована французским историком Ж. Флакком, предложившим понимать феодализм как систему личных связей. Флакк считал, что, хотя в период своего расцвета — в XII—XIII вв. — феодализм представлял собой правовую систему, основанную на «феодном контракте», т. е. на условных пожалованиях земли, источником этой системы и подлинной ее основой были не поземельные, а личные отношения «верности» и «покровительства» между сеньорами и вассалами. К одной и той же сфере «личных связей» Флакк относил и вассальные связи между феодалами и крестьянско-сеньориальные отношения. Лишь позднее эти личные связи стали дополняться поземельными, которые постепенно, в XII—XIII вв. стали определяющими в феодальном обществе.

Представители критического направления в медиевистике, возникшего в Германии на рубеже веков, стали трактовать феодализм как чисто политическую систему, отвергая даже его определение как вассально-ленного строя. Основатель «критического» направления Г. фон Белов, а позднее один из виднейших его представителей — австрийский медиевист А. Допш считали феодализм «системой управления», главную, характерную черту которой видели в «отчуждении верховной власти» представителями «местных властей», т. е. в политической раздробленности. Эта феодальная система управления не связывалась ими ни с какими экономическими предпосылками: ни с вотчинным строем, ни с натуральным хозяйством. Господство последних в средние века они вообще отрицали. А. Допш, идя еще дальше, вообще считал вотчину предприятием «капиталистического типа».

В 20-е годы к этой точке зрения присоединился Д. М. Петрушевский, отказавшись даже от теории «двух феодализмов». Многие историки «критического» направления, например известный английский медиевист Ф. Мэтланд, вернулись к определению феодализма как правовой системы, основанной на условном землевладении и вассалитете.

В первые десятилетия XX в. лишь немногие западные историки сохраняли традиции комплексного понимания сложного и многостороннего подхода к феодализму. Так, известный бельгийский медиевист Анри Пиренн (1862—1935) продолжал придерживаться концепции, близкой к теории «двух феодализмов», и критиковал с этих позиций Допша. Не принимал чисто политического понимания феодализма и выдающийся французский медиевист Марк Блок (1886—1944). Еще в 20-е годы он решительно выступил против концепции А. Допша.

В своих работах 30-х — начала 40-х годов М. Блок мыслил феодализм как единый общественный строй, определяемый условиями существования данного общества. Социальные признаки этого строя он видел не только в вассальных связях внутри класса феодалов или политической структуре, но и в крестьянско-сеньориальных отношениях, которые, как и вотчинный строй в целом, считал неотъемлемым, органическим элементом феодализма. Он утверждал, что вотчина, или «сеньория», во Франции и других западноевр. странах возникла задолго до феодализма «в собственном смысле слова», имея в виду систему ленного права. Иными словами, по сути дела, возвращался к эклектической теории двух феодализмов. Решающим же фактором, определявшим, в конечном счете, все стороны феодального строя, он, подобно Ж. Флакку, считал систему личных связей всеобщей зависимости и покровительства, в которой видел выражение социально-психологических мотивов и представлений, порожденных примитивностью жизненного уклада, быта и мышления эпохи раннего средневековья.

В современной западной медиевистике нет единого понимания сущности феодализма. Подавляющее большинство ученых придерживаются традиционной политико-юридической трактовки этого термина. Часть из них смотрят на феодализм как на вассально-ленную систему или даже только специфическую военную организацию, возникновение и функционирование которой объясняется исключительно потребностями военной защиты и не связано с развитием вотчины и даже государства. Наиболее типичны в этом плане взгляды Ф. Гансхофа (Бельгия), Ф. Стентона (Англия), К. Стефенсона,Р. С. Хойта, К. В. Холлистера (США). Феодализм они считают специфически западноевропейским явлением. Другая группа историков, видящих в феодализме политико-правовой институт, хотя также считает вассально-ленные связи главной характерной чертой феодального общества, трактует, однако, это понятие в духе «критического» направления, как форму государства. По мнению этих ученых, такая форма управления возникала в разное время у разных народов в результате военного завоевания или захвата власти узкой общественной группой в переходные периоды распада старых политических и экономических систем.

Феодализм, таким образом, рассматривается как временное средство оздоровления прогнившей системы, функционирующее, пока не сложится новая, более совершенная система. Ф. лишь случайный результат политического развития. Наиболее отчетливо эта концепция выразилась в сборнике статей американских медиевистов «Феодализм в истории», изданном в 1956 г. под ред. Р. Кулборна.

Г. Миттайс, О. Бруннер видят в феодализме «ленное государство», основанное на «ленном праве», социально никак не обусловленное и складывающееся там, где возникает потребность «политически организовать» обширное пространство при отсутствии развитых экономических связей; могущество господствующего класса в «ленном государстве» целиком вытекало из политических функций его представителей и никак не было связано с их богатством, в том числе земельным.

Последователи М. Блока, историки школы «Анналов» (Р. Бутрюш, Ш. Перрен, Ж. Дюби и др.) придают большое значение крупному землевладению, сеньории и крестьянско-сеньориальным отношениям в функционировании феодализма как единой системы.

Р. Бутрюш, вообще разделяют понятие «феодализм» (под которым понимают вассально-ленную систему) и «сеньориальный режим». Ж. Дюби под феодализмом как таковым он понимает политическую и идеологическую систему, основанную на господстве класса феодалов, которое вытекает не из их экономического богатства и могущества, не из их положения крупных землевладельцев, а из политических функций, переданных им государством в процессе отчуждения государственного суверенитета. Отрывая феодализм от «сеньориализма», он выдвигает на первый план значение личных связей в происхождении последнего.

В современной западной медиевистике все более усиливается тенденция (восходящая, впрочем, еще к концу XIX — началу XX в.), акцентирующая внимание на специфическом социально-психологическом настрое людей средневековья. Феодализм все чаще трактуется как система «личностных», договорных связей (внутри класса феодалов, а также между феодалами и крестьянами), которые и определяют всю экономическую социальную и политическую жизнь общества.

ОТЕЧЕСТВЕННАЯ ИСТОРИОГРАФИЯ:

Советская медиевистика, стоящая па позициях исторического материализма, вкладывала в понятие феодализма иное содержание. Советские историки понимали феодализм как социально-экономическую формацию и считали определяющими те его черты, которые характеризуют лежащий в основе этой формации феодальный способ производства: преобладание аграрной и натурально-хозяйственной экономики, господство крупной земельной собственности в сочетании с мелким хозяйством наделенных землей, но лишенных права собственности на эту землю крестьян, эксплуатируемых крупными землевладельцами и находящихся в более или менее тяжелой личной поземельной зависимости от них; важные признаки феодализма — наличие вассально-ленной системы, значительную роль личных связей и частного права, условный характер феодальной собственности и связь последней с политической властью, и политическую раздробленность.

Создатели и виднейшие представители советской медиевистики — Е. А. Косминский, А. Д. Удальцов, Н. П. Грацианский, С. Д. Сказкин, А. И. Неусыхин в своих исследованиях определяли феодальную вотчину как по преимуществу социальную организацию, главной целью которой была наиболее эффективная эксплуатация крестьянства. Признавая значительную роль вотчины как социальной организации в структуре феодального общества, советские медиевисты не считали, что ею исчерпывалась вся его социальная и хозяйственная жизнь. Большое внимание они уделяли развитию производительных сил в крестьянском хозяйстве, а также судьбам крестьянства, формам его эксплуатации, его антифеодальной борьбе на всех этапах истории феодализма.

Признавая натурально-хозяйственные основы феодальной экономики, историки-марксисты не считали, однако, полное и повсеместное господство натурального хозяйства определяющим признаком феодального строя. Советские медиевисты (Е. А. Косминский, С. Д. Сказкин, А. В. Конокотин и др.) в своих исследованиях показали, что на определенном этапе развития феодального общества (с XI— XII вв. в Западной Европе), когда быстро растут города, торговля и товарно-денежные отношения становятся неотъемлемым органическим элементом экономической жизни и постепенно широко охватывают феодальную деревню.

Основы марксизма — Феодальная общественно-экономическая формация


Похожие статьи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: