Структурная семантика слогов

Можно сказать, что на уровне корней «составной смысл» слова достаточно очевиден. Теперь посмотрим, сможем ли мы и любые слоги рассматривать как самостоятельные семантические единицы? Ведь когда-то в древние времена они были отдельными словами.

Например, можно смело предположить, что часто слог «ли» определяет качество прилипания, присоединения, сравните: русское «липнуть», латинское «limpu» (липну), финское «liima» (клей), эстонское «liitma» (соединять, объединять), финское «lika» (ил).

Или, как вы знаете, слог «Ра» означал раньше имя бога Солнца, поэтому часть слов, образованных с участием этого слога вполне может включать атрибуты этого бога: свет, свечение, лучи, дарование жизни всему живому и т.п. Например, рассвет = Ра + светит (восходит Ра), нора = не + Ра (нет света), гора = го + Ра (пещера, в которой спит Ра ночью), радость = Ра + даст (когда Ра что-то дарит), красный = к + Ра + сон (цвет Солнца, идущего спать), пора = по + Ра (ориентироваться по Солнцу, слушать Бога), править = по + Ра + ви (жить по законам Ра, подчинять жизнь воле Бога).

Конечно, это не бесспорная интерпретация семантики данных слов, но теоретически она имеет своё право на существование. В современных словах, от былой семантики слога «Ра» осталось только качество излучения – «изменение внутреннего соприкосновения с объектом, связанное с отсоединением от него» (типичное современное слово – ракета). Здесь семантика «ра» медленно, поэтапно трансформировалась из «свечения» в качество той или иной «внутренней активности, изливающейся во внешний мир» («рана»), а далее уже совсем к абстрактному значению смысла слога «управление внутренним целенаправленным отсоединением» (кран, крапива, растянуть, расти, разрезать, разбить). Все уровни абстрагирования семантики данного слога встречаются и по сей день, усложняя поиск значения этого слога, если не знать его происхождения.

При реконструкции индоевропейского праязыка известный русский филолог Андреев Н.Д.[2] выделил 203 слога, зафиксировав за ними определённый смысл. «Типология бореального праязыка была предельно проста: это был язык изолирующего строя, лексика которого состояла из двусогласных корневых слов… Частей речи не было… морфология практически отсутствовала, единственным видом словообразования было корнесложение» – констатировал он. Раннеиндоевропейский праязык датируется примерно VI тыс. до нашей эры. Реконструкция произведена Н.Д. Андреевым на основе материалов по древнейшим и древним уральским и алтайским языкам.

Старославянский язык (IV-VI вв) в умах людей связан с грамматикой Кирилла и Мефодия. Письмо обычное слоговое, все слоги были открытыми (оканчивались на гласную), промежутков между словами не было. Считается, что письменные памятники дошли до нас только начиная с VIII века.

Заметим, что по мнению профессора Чудинова В.А. русская письменность имеет значительно более древние корни, чем глаголица и кириллица, и основана на рунической письменности[3]. Однако, выяснять как назывался праязык, когда народы назывались иначе чем сейчас, не столь важно, может он и назывался русским. Это не предмет рассмотрения в данной книге, хотя учитывая постоянную фальсификацию истории её летописцами, теория Чудинова вполне может иметь под собой реальные основания.

Вернёмся к бореальным слогам. Предложенный Н.Д. Андреевым смысл слогов, несмотря на определённый диапазон, всё же слишком конкретизирован, чтобы претендовать на всеобщий смысл слога в любом слове. Так, к примеру, в словах: «лицо» или «теплица» – трактовать слог «ли» как семантическое отражение свойства объекта «прилипать» весьма проблематично. В общем-то, для любого бореального корня легко подобрать современное слово, где предложенная Андреевым расшифровка достаточно далека от реального смысла. Просто в задачу данного учёного не входило выявление современной семантики соответствующих бореальных слогов, смысл которых в настоящее время значительно удалился от конкретной семантики символов праязыка. Кроме того, Андреев не задумывался над тем, что смысл слога зависит от контекста в котором он расположен.

В основе всех смыслов, которые порождает слог, будучи внутри слов, есть общий базис, порождаемый семантикой звукобукв, входящих в этот слог. Собственно, в этом суть квантового построения языка. И как из семи нот можно получить известное многообразие музыки, так и из 33-40 звукобукв с фиксированным смыслом можно получить всё многообразие слов. И если развивать далее эту аналогию, то можно сказать, что языки и диалекты – это всего лишь разные октавы на одном и том же множестве нот. Выявленные правила квантовой семантики слова распространяются, скорее всего, на все известные языки, по крайней мере, машинный анализ случайно выбранных слов из немецкого, английского, латинского, греческого, испанского, японского и ряда других языков подтверждает это. При этом, название одного и того же объекта на разных языках, как мы уже видели и убедимся еще не раз, раскрывает ту или иную особенность данного объекта, которая была более заметна или более значима для данного народа, в то время, когда это слово образовывалось в конкретном историческом контексте его образования.

Формообразующую функцию для составных слов обычно приписывают в русском языке буквам «о» и «е», однако, если не обделять правом называться словом различные приставки[4], мы получим фактически весь набор гласных, используемых в качестве соединения двух смысловых функций в слове: стерео-фон, буре-лом, на-шивка, при-ход, объ-езд, у-гнать, и т.п. Это является ещё одним косвенным подтверждением составного смысла слова, собственно, как и само существование приставок, суффиксов, окончаний.

Можно было бы в нашем исследовании идти от бореальных корней Андреева в глубь семантики, к смыслу звуков, входящих в слог. Например, корень «G-R» означает, согласно его трактовки: «делать памятные зарубки», «вырезать», «царапать». Внимательно посмотрим на смысл приведённых расшифровок: достаточно очевидно, что общим для них качеством является «изменение поверхности путём заглубления в неё». Изучая под этим углом бореальные корни, повышая уровень абстракции, мы также могли бы получить набор семантических функций для всех букв, но при условии, что значение бореальных корней выведено правильно. В данном случае, [G] – привносит в семантику качество «управления внутренним расположением объекта», а [R] – уточняет, что речь идёт об изменениях в ходе «внутреннего прикосновения». Ясно, что структурная семантика «гр» включает в себя все полученные Андреевым конкретные смыслы корня «G-R». О возможности такого совпадения можно было бы догадаться уже потому, как легко нам удалось вывести общий смысл для всех трёх значений этого корня. Отсюда, такие слова как «грамота» (от берестяных грамот), «графо-» (писать), «грабли» (царапать землю). Но, чтобы понять смысл таких слов, как: «грабить» или «гром» – надо уже опираться на современную квантовую семантику «г» и «р» и учитывать семантику остальных букв, входящих в эти слова.

Таким образом, с помощью структурной семантики мы, в принципе, можем проверить правильность выведенных семантик для всех бореальных корней Праязыка. Такая задача в данной работе специально не ставилась, но пара десятков бореальных корней была проверена на предмет совпадения с квантовой семантикой. В целом можно сказать, что указанное Андреевым значение конкретного корня, чаще всего совпадает с одной из возможных интерпретаций данного корня в рамках его структурной семантики.

Буквица: практическое применение. Следующий шаг-2. Разбор слов. Слоги. Основа Языка


Похожие статьи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: