Способы образования эвфемизмов

Первый в отечественной науке о языке перечень способов эвфемизации составлен Ж. Ж. Варбот: замена посредством заимствования, описательного выражения, определения, обобщенного названия, местоимения и др. [Варбот 1979: 345]. Ранее такими учеными, как Л. А. Булаховский, Б. А. Ларин, А. А. Реформатский, Б. В. Томашевский, назывались лишь отдельные способы образования эвфемизмов. Еще один список эвфемизации находим в работе Л. П. Крысина «Эвфемизмы в современной русской речи»: «номинации с достаточно общим смыслом», «иноязычные слова и термины», «аббревиатуры», «некоторые слова, обозначающие неполноту действия или слабую степень свойства» и др. [Крысин 1996: 400-402].

Польский филолог С. Видлак называет следующие способы образования эвфемизмов: 1) заимствования из других языков («поскольку иноязычные слова меньше шокируют и кажутся более благородными»); 2) «частичный антоним (литотес)», например, неправда вм. ложь, «литотическое довольно трудный» вм. трудный (речь идет о мейозисе); 3) «метафорическое употребление слов» и т. д. [Видлак 1967: 275-281]. А. Домбровская указывает, в частности, такие приемы эвфемизации, как «фонетическая аллюзия», метафора, метонимия, перифразирование, антономазия, мейозис («литота»), антифразис («ирония») и др. [Dabrowska 1994: 262-376].

Способы образования эвфемизмов особенно активно изучают американские ученые, что, видимо, объясняется потребностями прикладной лингвистики (подготовка словарей эвфемизмов, традиция включения эвфемизмов в толковые словари). Американские лексикографы Дж. С. Нимэн и К. Дж. Сильвер в предисловии к своему словарю приводят следующие способы образования эвфемизмов: 1) использование иноязычных, в частности, греческих и латинских заимствований (например, halitosis ‘несвежее дыхание’ от лат. halitus ‘дыхание’); 2) генерализирующую номинацию (widening), например, growth ‘новообразование’ вм. cancer ‘рак, раковая опухоль’; 3) метонимическую номинацию; 4) метафорический перенос; 5) аббревиацию (напр., the Big C вм. cancer ‘рак’, the Big D ‘дьявол’) и др. [Neaman, Silver 1995: 9-11]. Б. Уоррен среди приёмов эвфемистической зашифровки называет использование: 1) иноязычных слов; 2) метафоры; 3) мейозиса (understatement; например, нетрезвый вм. пьяный, drug habit ‘наркотическая привычка’вм. addiction ‘пристрастие’) и др. [Warren 1996: 128-142].

Те формулировки, которые показались нам спорными, и термины, которые показались не вполне адекватными, мы опустили; о некоторых из них речь пойдёт ниже.

Обычно способы эвфемистической зашифровки подаются списком. Нам представляется, однако, что приёмы эвфемизации можно подразделить на четыре разряда (то есть представить в виде классификации).

1. Эвфемизация нередко возникает на основе нарочито двусмысленной речи, построению которой могут служить следующие приёмы.

1.1. Метонимическая номинация (в частности металепсис). Важность этого способа образования эвфемизмов подчеркивал еще Б. В. Томашевский: «В метонимической форме обычно образуются и эвфемизмы… Так, на многих заброшенных заборах и стенах глухих закоулков можно прочесть надпись: Останавливаться строго воспрещается. Слово останавливаться, употребляемое здесь не в первичном значении, является эвфемизмом» [Томашевский 1996: 65-66].

1.2. Метафора (как правило, незамкнутая): В р а ч — б о л ь н о м у (взяв шприц): — Приготовь-ка для работы плацдарм! (К/ф «По улицам комод водили»). Как прием эвфемии может быть использована и метафорическая п р о н о м и н а ц и я (стилистически значимая замена апеллятива онимом), ср. куртизанка — поэт. Лаиса, книжн. Магдалина и др.: Восторгов исступленье — Минутное забвенье; Отринь их, разорви Лаис коварных узы (В. А. Жуковский) [Андреева 1999: 10].

1.3. Антифразис – например, при обозначении неприятного запаха: Ну и аромат! (вм. более грубого Ну и вонь!) [Сунь Хуэйцзе 2000: 296].

1.4.Замена близкозвучным словом, или, по А. Домбровской, «фонетическая аллюзия» (мы назвали эту фигуру двусмысленной речи паронимической заменой). В XIX веке в дворянском обществе такие слова, как блоха, вошь, таракан, считались вульгарными. Видимо, не желая использовать одно из указанных слов, П. А. Вяземский обратился к созвучному наименованию известного древнерусского княжества (ср. тьма тараканов и Тмутаракань): А долго ли прикажешь мне, Платя в избе терпенью дани, Истории тьму-тараканиУчиться по твоей стене? (П. А. Вяземский. Станция). Еще один пример паронимической замены как способа эвфемизации: Только, может, посмотрел он на одну надпись, вдругв Ригу поехал. Потому очень тепло в зале, публика дышит и темнота на психику благоприятно действует (М. Зощенко. Прискорбный случай). Истолковывая смысл и способ образования приведённого эвфемизма, А. А. Реформатский пишет: «вместо его вырвало говорят он поехал в Ригу (по каламбурному созвучию)» [Реформатский 1996: 106].

Паронимическая замена как способ эвфемистической зашифровки специалистами отмечена, однако трактуется, на наш взгляд, не всегда вполне адекватно. Так, Дж. Нимэн и К. Сильвер приводят примеры замены по близкозвучию (прост. cripes ‘вот те на!’ вм. Christ ‘Христос’ и gad ‘острие, острый шип’ вм. God ‘бог’), однако называют этот способ «фонетическим искажением» (phonetic distortion). Б. Уоррен именует данный способ эвфемизации «меной фонем», С. Видлак — «эвфемистической контаминацией» и «эвфемистической фонетической деформацией слова» (например, франц. sacrebleu вм. Sacre Dieu!) [Видлак 1967: 280]. На наш взгляд, здесь уместнее говорить о паронимической замене. О «замене некоторых звуков соответствующего слова» как средстве эвфемизации писал ещё Л. А. Булаховский: «Это имеет место, например, во французских проклятьях: corbleu, morbleu и т. п. вместо corps, mort de dieu и т. п.; в немецком Potzblitz вместо Gottesblitz — божья молния, Potztausend (букв. ‘тьфу, пропасть тысячу раз!’ — В. М.) — [вместо] Gottestausend (буквально божья тысяча)» [Булаховский 1953: 52]. В приведенных примерах, однако, мы видим не «замену некоторых звуков», а замену созвучными словами (парономазами): франц. bleu ‘синий’ вм. Dieu ‘бог’, нем. Potz ‘тьфу, пропасть!’ вм. словоформы Gottes ‘бога, божий’.

2. Основой эвфемии может стать и нарочитая н е я с н о с т ь (при том условии, что она полностью снимается контекстом либо конситуацией). Отсюда – использование следующих приёмов.

2.1. Прономинализация (замена местоимением), например: зайти кое-куда, Про это (название поэмы В. В. Маяковского).

2.2. Замена слова наименованием соответствующего родового понятия (по Ж. Ж. Варбот — замена «обобщенным названием»): насекомое вм. вошь или таракан, новобразование вм. опухоль. Иногда «перенесение с рода на вид» (Аристотель), или гиперонимизация, приводит к сужению значения. Так, в некоторых словарях, например, в «Толковом словаре русского языка» под редакцией Д. Н. Ушакова, слово насекомое фиксируется в значении ‘вошь’ (в указанном словаре — с пометами «разг.» и «эвф.»). Сюда же отнесём логическое перифразирование (основанное, как известно, на гиперонимизации). Эвфемистическаая зашифровка может осуществляться посредством использования логических перифраз двух разновидностей: 1) с определением, называющим какую-нибудь отличительную особенность объекта (например, модная болезнь); 2) с определением, выражающим нежелание говорящего называть такую особенность и, соответственно, производить уточнение: шлёпнуть ребенка поодному месту— в последнем случае получается двойная зашифровка (осложненная прономинализацией). Перифразы, построенные по схеме «определение + родовое наименование», часто используются при эвфемистическом обозначении некоторых заболеваний и болезненных пристрастий. Приведём отрывок стихотворения И. Северянина, посвящённый спившемуся поэту Фофанову:

Большой талант дала ему судьба,

В нём совместив поэта и пророка.

Но властью виноградного порока

Царь превращен в безвольного раба

Этот же тип эвфемистической зашифровки встречаем в «Сцене из Фауста» А. С. Пушкина:

Корабль испанский трехмачтовый,

Пристать в Голландию готовый:

На нем мерзавцев сотни три,

Две обезьяны, бочка злата,

Да груз богатый шоколата,

Дамодная болезнь: она

Недавно нам подарена.

«Считалось, — комментирует предпоследний стих Д. Д. Благой, — что сифилис привезли в Европу матросы Колумба» [Благой 1969: 521].

Здесь следует отметить, что практикуемое некоторыми учеными истолкование эвфемизма как «разновидности перифразы» [Никитина, Васильева 1996: 149] представляется не вполне адекватным, поскольку: 1) эвфемизмы могут быть и однословными единицами; 2) перифраза является лишь одним из довольно многочисленных средств эвфемии.

2.3. Антономасия: Его бухарский халат разъехался спереди, и обнаружились препротивные нижние невыразимые (И.С. Тургенев. Несчастная).

2.4. Искусственная книжность – при том обязательном условии, что содержание речи может быть правильно истолковано благодаря конситуации. Вот как пользуется этим приёмом Остап Бендер, решив наказать Паниковского за невежливое поведение:

— Адам Казимирович, остановите на минуточку машину. Благодарю Вас. Шура, голубчик, восстановите, пожалуйста, статус-кво (Ср. «вышвырни этого мерзавца». — В. М.).

Балаганов н е п о н я л (Разрядка наша. – В.М.), что означает «статус-кво». Но он ориентировался на интонацию, с какой эти слова были произнесены. Гадливо улыбаясь, он принял Паниковского под мышки, вынес из машины и посадил на дорогу.

И. Ильф и Е. Петров. Золотой теленок

3. Эвфемистическая зашифровка может возникать на основе нарочито н е т о ч н о й речи; этому могут служить три приема.

3.1. «Перенесение с вида на вид»[Аристотель 1957: 109]: гурман вм. обжора (пример Б. Уоррена), храбрость вм. безрассудство, щедрость вм. расточительность (примеры Квинтилиана), сочинять вм. врать, позаимствовать вм. украсть и др. Сюда же отнесем замену наименования непрестижной профессии наименованием профессии, имеющей более высокий рейтинг в обществе, например, рус. техничка ( техник) вм. уборщица, англ. sanitary engineеr ‘санитарный инженер’ вм. garbageman ‘мусорщик’ (Б. Уоррен такую эвфемистическую субституцию называет, на наш взгляд, не совсем правомерно, гиперболой).

3.2. Синекдоха (в частности, перенесение с целого на часть): Барыня в летах, но нарядная и авантажная, … с большим бюстом, подтянутым корсетом к самому носу, сидела на диване (М. Кузмин. Круг царя Соломона).

3.3. Мейозис — замена словом, выражающим «неполноту действия или слабую степень свойства» (Л. П. Крысин): Он недослышит (о глухом), Он прихрамывает (о хромом), приостановить (деятельность организации, членство в партии и т. п.) [Крысин 1996: 402]. Сюда же отнесем эвфемизм полный (вм. толстый). Разновидность данного типа смягчающих выражений представляют собой эвфемизмы, образованные посредствомноминации «от противного» — с помощью префикса не от соответствующего антонима, например: нечистый вм. грязный, нетрезвый вм. пьяный. Эвфемизмы, основанные на отрицании противоположного (по Ю. Д. Апресяну, «полуэвфемизмы»), выражают «сдержанное порицание… для отрицательно оцениваемых свойств» [Апресян 1995: 312]. Следует заметить, что данный разряд эвфемизмов («эвфемизмы через отрицание») был выделен ещё Б. А. Лариным [Ларин 1977: 113]. Отрицание противоположного содержат и многие эвфемистические перифразы русского языка: пороха не выдумает, звезд с неба не хватает, не блещет умом (чистотой), не страдает от избытка ума (от скромности), не (самым) лучшим образом (сделать что-л.) и др. К этому же разряду эвфемизмов («через отрицание») отнесём и выражения, содержащие косвенное отрицание, например: Её трудно назвать красавицей (пример Л. П. Крысина), Вряд ли это можно считать приличным и проч.

Использование метонимии, метафоры, мейозиса, переноса «с вида на вид», «с рода на вид» и других способов непрямого обозначения предмета речи делает эвфемизм «своеобразным намеком, предлагающим читателю или собеседнику самому догадаться, о чем идёт речь» [Бартон 1994: 92]. Заметим, что определение эвфемии зачастую увязывается лишь с использованием непрямых, образных, иносказательных (Л. П. Крысин), семантически двуплановых («двусмысленных») наименований.

4. С другой стороны, эвфемистическим вполне может являться и п р я м о е обозначение предмета речи. Этому служит два разряда наименований, которые не отягощены различного рода бытовыми ассоциациями и именно поэтому могут быть использованы в эвфемистических целях.

4.1. Книжные слова и выражения (в частности, термины), например, педикулёз, испражнения etс. Ещё С. Видлак указал, что в эвфемистической функции могут «выступать … заимствования из специальных языков и «более высоких» сфер языка в отношении к повседневному языку, то есть административный, юридический, литературный язык. Так, вместо слова porco в более утонченном разговоре по-итальянски употребляют синоним suino, а вместо merda – sterco» [Видлак 1967: 275].

4.2. Неосвоенные языком (и, соответственно, ещё не успевшие «обрасти» бытовыми ассоциациями) иноязычные слова. Использование последних в эвфемистической функции отмечено еще А. А. Реформатским — в речи медицинских работников, которые «часто прибегают к латинским названиям болезней (заменяют русские слова латинскими синонимами)», например, cancer вм. рак [Реформатский 1996: 106; ср. Крысин 1998]. В книге «Путь слова» Л. Боровой приводит следующий пример использования иноязычных слов в указанной функции:

— Эрутировать, Санчо, значит рыгать. Но рыгать — одно из самых гадких слов в испанском языке, хотя оно и очень выразительно. Поэтому люди просвещенные обратились к латыни и слово «рыгать» заменили словом «эрутировать», а вместо «рыганье» говорят «эрутация».

М. Сервантес. Дон Кихот

Подводя итог рассмотрению приёмов эвфемии, можно (с некоторой долей осторожности) утверждать, что эвфемистическая зашифровка возникает на основе: 1) нарочито двусмысленной речи (при использовании металепсиса, незамкнутой метафоры, паронимической замены, антифразиса); 2) нарочито неясной речи (с этой целью могут быть употреблены прономинализация, перенесение с рода на вид, антономасия, эллипсис, искусственная книжность); 3) нарочито неточной речи – этому могут служить перенесение с вида на вид, с целого на часть, мейозис; 4) речи, не оттягощенной бытовыми ассоциациями. Соответственно, выявив те фигуры нарочитой двусмысленности, нарочитой неясности и нарочитой неточности, а также способы «освобождения» от бытовых ассоциаций, которые используются с тем, чтобы сделать речь ситуативно уместной, мы поучим исчерпывающий перечень способов эвфемизации.

Программист Валерий Спиридонов | IT без ограничений | Как быть успешным в карьере программиста


Похожие статьи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: