Добрыня и василий казимирович

У нежна князя Владимира

У солнышка у Сеславьича

Было столованье – почестный пир

На многих князей, бояров

И на всю поляницу богатую,

И на всю дружину на храбрую.

Он всех поит и всех чествует,

Он?де всем?де, князь, поклоняется;

И в полупиру бояре напивалися,

И в полукушаньях наедалися.

Князь по гриднице похаживат,

Белыми руками помахиват,

И могучими плечами поворачиват,

И сам говорит таковы слова:

«Ой вы гой еси, бояре и мои князья,

Ой ты, вся поляница богатая,

И вся моя дружина храбрая!

Кто бы послужил мне, князю, верой?правдою,

Верой?правдою неизменною?

Кто бы съездил в почву дальнюю,

В почву дальнюю, Поленецкую,

К царю Батуру Батвесову?

Кто бы свез ему дани?пошлины

За те годы за прошлые,

И за те времена – за двенадцать лет?

Кто бы свез сорок телег чиста серебра?

Кто бы свез сорок телег красна золота?

Кто бы свез сорок телег скатна жемчуга?

Кто бы свез сорок сороков ясных соколов?

Кто бы свез сорок сороков тёмных соболей?

Кто бы свез сорок сороков тёмных выжлоков?

Кто бы свез сорок сивых жеребцов?»

Тут больший за меньшего хоронится,

Ни от большего, ни от меньшего ответа нет.

Из того лишь из места из середнего

И со той скамьи белодубовой

Выступал удалой хороший молодец

На собственные на ноженьки на резвые,

На те ли на сапожки зелен сафьян,

На те ли каблучки на серебряны,

На те ли гвоздички золочены,

По имени Василий сын Казимерский.

Отошедши Василий поклоняется,

Говорит он таковы слова:

«Ой ты гой еси, отечественный батюшко Владимир?князь!

Послужу я тебе верой?правдою,

Позаочи?в?очи не изменою;

Я?де съезжу в почву дальнюю,

В дальнюю почву Поленецкую

Ко тому царю Батуру ко Батвесову;

Я свезу твои дани?пошлины

За те годы, годы прошлые,

За те времена – за двенадцать лет.

Я свезу твое серебро и золото,

Я свезу твой скатной жемчуг,

Свезу сорок сороков ясных соколов,

Свезу сорок сороков тёмных соболей,

Свезу сорок сороков тёмных выжлоков,

Я свезу сорок сивых жеребцов».

Тут Василий закручинился

И повесил собственную буйну голову,

И потупил Василий очи ясные

Во батюшко во кирпищат пол.

Надевал он черну шляпу, вон отправился

Из того из терема большого.

Выходил он на улицу на широку,

Идет по улице по широкой;

К нему удалый хороший молодец,

По имени Добрыня Никитич млад.

Пухову шляпу снимал, низко кланялся:

«Здравствуешь, удалый хороший молодец,

По имени Василий сын Казимерский!

Что идешь ты с пиру невеселый?

Не дошло тебе от князя место хорошее?

Не дошла ли тебе чара зелена вина?

Либо кто тебя, Василий, избесчествовал?

Либо ты захвастался куда ехати?»

В этот самый момент Василий ровно бык прошел.

Забегат Добрынюшка во второй раз;

Пухову шляпу снимал, низко кланялся:

«Здравствуешь, удалый хороший молодец,

Ты по имени Василий сын Казимерский!

Что идешь ты с пиру невеселый,

И невесел идешь ты, нерадошен?

Не дошло ль те, Василий, место хорошее?

Не дошла ль от князя чара зелена вина?

Али ты захвастался, Василий, куда ехати?»

В этот самый момент Василий ровно бык прошел.

Забегат Добрынюшка в третий?де раз;

Пухову шляпу снимат, низко кланется:

«Здравствуешь, удалый хороший молодец,

По имени Василий сын Казимерский!

Что ты идешь с пиру невеселый,

Невесел ты идешь с пиру, нерадошен?

Не дошло ль тебе, Василий, место хорошее

Не дошла ль тебе чара зелена вина?

Али кто тебя, Василий, избесчествовал?

Али ты захвастался куда ехати?

Я не выдам тебя у дела ратного

И у того часу не так долго осталось ждать?смертного!»

В этот самый момент Василий возрадуется.

Сохватал Добрыню он в беремячко,

Прижимат Добрынюшку к сердечушку

И сам говорит таковы слова:

«Гой еси, удалой хороший молодец,

По имени Добрыня Никитич млад!

Ты, Добрыня, будь громадной мне брат,

А я, Василий, буду меньшой брат:

Я у нежна князя Владимира

На беседе на почестныя,

На почестныя, на громадном пиру

Я захвастался от князя съездити

Во ту во почву во дальнюю

Ко царю Батуру ко Батвесову,

Свезти ему дани?выходы

За те годы – за двенадцать лет:

Свезти в том направлении злато, серебро,

Свезти в том направлении скатный жемчуг,

Свезти сорок сороков ясных соколов,

Свезти сорок сороков тёмных соболей,

Свезти сорок сороков тёмных выжлоков,

Свезти сорок сивых жеребцов».

И проговорит Добрыня Никитич млад:

«Не заберём везти от князя от Владимира,

Не заберём от него дани?пошлины;

Мы попросим от собаки Батура Батвесова,

Мы попросим от него дани?пошлины».

В этот самый момент молодцы побратались,

Воротились назад ко князю Владимиру,

Идут они в палаты белокаменны;

Крест кладут по?писаному,

Поклон ведут по?ученому,

Поклоняются на все стороны:

«Здравствуешь, Владимир?князь,

И со душечкой со княгинею!»

Князьям?боярам на особицу.

И проговорит нежный Владимир?князь:

«Вам очень рады, удалы хороши молодцы,

Ты, Василий сын Казимерский,

Со Добрынюшкой со Никитичем!

За один бы стол хлеб?соль кушати!»

Наливает князь чары зелена вина,

Не мелки чары – в полтора ведра,

Подает удалым хорошим молодцам

Принимают молодцы единой рукой,

Выпивают чары единым духом,

И садятся на скамеечки дубовые,

Сами говорят таковы слова:

«Гой еси, нежный Владимир?князь!

Не хотим мы везти от тебя дани?пошлины;

Мы хотим забрать от Батура от Батвесова,

Привезти от него дани пошлины

Ласкову князю Владимиру.

И садись ты, нежный Владимир?князь,

Садись ты за дубовый стол,

И пиши ты ярлыки скорописчаты:

«Дай ты мне, собака, дани?пошлины

За те годы за прошлые,

И за те времена – за двенадцать лет,

И дай ты нам злата?серебра,

И дай ты нам скатна жемчуга,

И дай ты нам ясных соколов,

И дай ты нам тёмных соболей,

И дай ты нам тёмных выжлоков,

И дай ты нам сивых жеребцов».

Подает нежный Владимир?князь

Удалым молодцам ярлыки скорописчаты;

И берет Василий Казимерский.

И кладет ярлыки во карманчики;

И поднимаются молодцы на резвы ноги,

Сами говорят таковы слова:

«Благослови нас, нежный Владимир?князь,

Нам съездить в почву Поленецкую»

И выходили молодцы на красно крыльцо,

Засвистали молодцы по?соловьиному,

Заревели молодцы по?звериному.

Как из далеча, далеча, из чиста поля

Два коня бегут, да два могучие

Со всею сбруею богатырскою.

Брали молодцы коней за шелков предлог

И поднимались в стременушки гольяшные,

И садились во седелышки черкасские.

Лишь от князя и видели,

Как удалы молодцы садилися,

Не видали, куда уехали:

Первый скок нашли за три версты,

Второй скок нашли за двенадцать верст,

Третий скок не могли отыскать.

Подбегают они в почву дальнюю,

В почву дальнюю, Поленецкую,

Ко тому царю Батуру ко Батвесову,

Ко тому ко терему высокому.

Становилися на улицу на широку,

Не так долго осталось ждать скакивали со хороших коней;

Ни к чему коней не привязывали,

Никому коней не приказывали,

Не спрашивали они у ворот приворотников,

Не спрашивали они у дверей придверников,

Отворяли они двери на пяту,

Заходили во палату белокаменну;

Всевышнему молодцы не молятся,

Собаке Батуру не кланяются,

Сами говорят таковы слова:

«Здравствуешь, собака, царь Батур!

Привезли мы тебе дани?пошлины

От нежна князя Владимира».

И вынимат Василий Казимерский,

Вынимат ярлыки скорописчаты

Из того карману шелкового

И кладет на дубовый стол:

«Приобретай, собака, дани?пошлины

От нежна князя Владимира».

Распечатывал собака Батур Батвесов,

Распечатывал ярлыки скорописчаты,

А сам сказал таковы слова:

«Гой еси, Василий сын Казимерский,

Отсель тебе не уехати!»

Отвечат Василий сын Казимерский:

«Я сохраняю надежду на Мати чудную Богоматерь ,

Сохраняю надежду на родимого на брателка,

На того ли братца на названого,

На Добрыню ли на Никитича».

Говорит собака Батур таковы слова:

«Сыграем?те?ко, хороши молодцы, костью?картами!»

Проговорит Василий сын Казимерский:

«Такой игры я у те не знал тут,

И таковых людей из Киева не брал я».

И стал Батур играться костью?картами

Со младым Добрынею Никитичем.

Первый раз собака не имел возможности обыграть,

Обыграл Добрыня Никитич млад.

И второй раз собака не имел возможности обыграть,

Обыграл его Добрыня Никитич млад.

И в третий раз собака не имел возможности обыграть,

Обыграл его Добрыня Никитич млад.

Тут собаке за беду стало,

Говорит Батур, собака, таковы слова:

«Что отсель тебе, Василий, не уехати!»

Проговорит Василий сын Казимерский:

«Я надеюся на Мати Божию Матерь

Да сохраняю надежду на родимого на брателка,

На того на братца названого,

На того Добрыню Никитича!»

Говорит собака таковы слова:

«Ой ты гой еси, Василий сын Казимерский,

Станем мы стрелять за три версты,

За три версты пятисотные,

В тот сырой дуб кряковистый,

Попадать в колечко золоченое».

И проговорит Василий сын Казимерский:

«А таковой стрельбы я у тебя не знал,

И таковых людей не брал из Киева».

Выходил собака на красно крыльцо,

Зычал?кричал зычным голосом:

«Гой еси вы, слуги мои верные!

Несите мне?ка тугой лук

И несите калену стрелу!»

Его тугой лук несут девять татаринов,

Калену стрелу несут шесть татаринов.

Берет собака собственный тугой лук

И берет калену стрелу;

Натягает собака собственный тугой лук

И кладет стрелу на тетивочку;

И стреляет он за три версты,

За три версты пятисотные.

Первый раз стрелил – не дострелил,

Второй раз стрелил – перестрелил,

Третий раз стрелил – не имел возможности попасть.

И подает собственные тугой лук Добрынюшке,

Добрынюшке Никитичу,

И подает калену стрелу.

Начал натягивать Добрыня тугой лук,

И заревел тугой лук, как лютые животные,

И переламывал Добрыня тугой лук надвое.

И кинул он тугой лук о сыру почву,

Направлял он калену стрелу наперед жалом,

И бросал он стрелу за три версты,

За три версты пятисотные,

И попадал в сырой дуб кряковистый,

В то колечко золочено:

Разлетался сырой дуб на драночки.

В этот самый момент собаке за беду стало,

За великую досаду показалося;

Говорит собака таковы слова:

«Ой ты гой еси, Василий сын Казимерский,

Что отсель тебе не уехати!»

Проговорит Василий сын Казимерский:

«Я сохраняю надежду на Пречистую Божию матерь

Да сохраняю надежду на родимого на брателка,

Да на того братца названого,

На того Добрыню Никитича».

Проговорит собака царь Батур:

«Да запрещено ли с вами, молодцы, побороться?»

Проговорит Василий сын Казимерский;

«Я таковой борьбы, собака, не знавывал,

Таковых людей не брал из Киева».

В этот самый момент собаке за беду стало:

Он кричал, зычал, собака, зычным голосом,

Набежало силы и татар?сметы нет.

И выходил Добрыня на улицу на широку,

И стал он по улочке похаживать.

Схватились за Добрыню три татарина:

Он первого татарина забрал – порвал,

Другого татарина забрал – растоптал,

А третьего татарина забрал за ноги,

Стал он по силе похаживать,

Зачал белыми руками помахивать,

Зачал татар поколачивать:

В одну сторону идет – делат улицу,

Вбок развернёт – переулочек.

Стоял Василий на красном крыльце,

Не попало Василью палицы боевыя,

Не попало Василью сабли вострыя,

Не попало ему копья мурзамецкого –

Попала ему ось белодубова,

Ось белодубова семи сажен;

Сохватал он ось белодубову,

Зачал он по силе похаживать

И зачал татар поколачивать.

Тут собака испужается,

По подлавке наваляется;

Выбегал собака на красно крыльцо,

Зычал, кричал зычным голосом:

«Гой еси, удалы хороши молодцы!

Вы покиньте мне хоть на приплод татар,

Вы покиньте мне татар хоть на племена!»

Тут его голосу молодцы не слушают.

Зычит, кричит собака зычным голосом:

«Я дам ласкову князю Владимиру,

Дам ему пошлины и дани

За те годы за прошлые,

За те времена – за двенадцать лет,

Дам сорок телег красна золота,

Дам сорок телег скатна жемчуга,

Дам сорок телег чиста серебра,

Дам сорок сороков ясных соколов,

Дам сорок сороков тёмных соболей,

Дам сорок сороков тёмных выжлоков,

Дам сорок сивых жеребцов».

Тут его молодцы послушались,

Бросали дистрофичной бой о сыру почву;

Идут они ко высоку нову терему,

Выдает им собака дани?пошлины,

Насыпает тележки златокованые,

Отправляет в стольный Киев?град

Ко ласкову князю Владимиру,

И ко солнышку ко Сеславьеву.

Тут садились хороши молодцы на хороших коней,

Поднимались в стременышки гольяшные

И садились в седелышки черкасские.

И отправились молодцы в собственную сторону,

Ко ласкову князю Владимиру.

Едут ко высоку нову терему,

Становятся на улицу на широку;

Воходят во палату белокаменну,

Крест кладут по?писаному,

Поклон ведут по?ученому:

«Здравствуешь, нежный Владимир?князь!» –

«Добро жаловать, удалы хороши молодцы!»

Он садит их на скамьи на дубовые,

Наливает чары зелена вина,

Не малые чары – в полтора ведра,

Подает удалым хорошим молодцам.

Принимают хороши молодцы единой рукой,

Выпивают хороши молодцы единым духом.

На резвы ноги стают, низко кланяются.

«Ой ты гой еси, нежный Владимир?князь,

Привезли мы тебе дани?пошлины,

От собаки Батура Батвесова!»

Кланяется им нежный Владимир?князь,

Кланяется до сырой почвы:

«Благодарю вас, удалы хороши молодцы,

Послужили вы мне верой?правдою,

Верой?правдою неизменною!»

Казимирович.Звонилка обещает ОБЫЧНЫХ мужчин для общения


Похожие статьи:

Понравилась статья? Поделиться с друзьями: